Mesenteric cysts in oncological patients. Clinical cases

T. Y. Danzanova; Данзанова Т. Ю.; I. S. Koroleva; Королева И. С.; A. Y. Vasenina; Васенина А. Ю.; E. A. Gudilina; Гудилина Е. А.; S. N. Berdnikov; Бердников С. Н.; G. T. Sinyukova; Синюкова Г. Т.; P. I. Lepedatu; Лепэдату П. И.; E. A. Zubareva; Зубарева Е. А.

doi:10.17650/2949-5857-2025-15-4-92-98

Mesenteric cysts in oncological patients. Clinical cases

Authors: Danzanova T.Y.¹^,2, Koroleva I.S.¹, Vasenina A.Y.¹, Gudilina E.A.¹, Berdnikov S.N.¹, Sinyukova G.T.¹, Lepedatu P.I.¹, Zubareva E.A.²
Affiliations:
1. N.N. Blokhin National Medical Research Center of Oncology, Ministry of Health of Russia
2. N.I. Pirogov Russian National Research Medical University, Ministry of Health of Russia
Issue: Vol 15, No 4 (2025)
Pages: 92-98
Section: CASE REPORT
Published: 21.12.2025
URL: https://onco-surgery.info/jour/article/view/772
DOI: https://doi.org/10.17650/2949-5857-2025-15-4-92-98
ID: 772

Cite item

Full Text

Abstract
Full Text
About the authors
References
Supplementary files
Statistics

Abstract

Two clinical cases involving ultrasound signs of mesenteric cysts in cancer patients are presented. The article presents classification, clinical picture, differential diagnosis with other pathological conditions, the main methods of instrumental diagnosis and treatment of mesenteric cysts.

Keywords

ultrasound examination, mesentery, mesenteric cyst, lymphatic malformation

Full Text

Введение

Мезентериальная киста представляет собой жидкостное тонкостенное образование в брыжейке желудочно-кишечного тракта, которое может определяться на любом его участке от двенадцатиперстной до прямой кишки и распространяться от основания брыжейки в забрюшинное пространство [1–3]. Кисты брыжейки выявляются примерно у 1 из 100 тыс. взрослых и у 1 из 20 тыс. детей [4].

Точная этиология брыжеечной кисты до сих пор не установлена, но считается, что факторами, способствующими ее развитию, являются либо нарушение связи лимфатических узлов с лимфатической или венозной системами, либо закупорка лимфатических сосудов в результате травмы, инфекции или новообразования [3]. Наиболее распространенная теория, предложенная Робертом Гроссом, заключается в доброкачественной пролиферации в брыжейке эктопических лимфатических сосудов, которые не связаны с остальной частью лимфатической системы [3].

Из-за редкой встречаемости мезентериальных кист и недостаточного описания их в литературе возникают затруднения в интерпретации полученных при использовании инструментальных методов диагностики данных.

Цель работы – описание клинических случаев мезентериальных кист, выявленных на этапе диагностики до начала лечения и в раннем послеоперационном периоде у пациентов онкологического профиля, для улучшения понимания специалистами полученных с помощью ультразвукового исследования (УЗИ) данных.

Клинический случай 1

Пациент Г., 57 лет, поступил в НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина с диагнозом «злокачественное новообразование ректосигмоидного соединения» для определения дальнейшей тактики обследования и лечения.

При проведении УЗИ органов брюшной полости в левой подвздошной области, между мочевым пузырем и подвздошными сосудами слева, в проекции брыжейки обнаружено жидкостное гладкостенное образование диаметром 0,8 см с четкими ровными контурами, однородным содержимым, без сосудистых сигналов при цветовом допплеровском картировании (рис. 1).

Рис. 1. Ультразвуковая томограмма пациента Г. Мезентериальная киста в левой подвздошной области, между мочевым пузырем и подвздошными сосудами

Fig. 1. Ultrasound tomogram of the patient G. Mesenteric cyst in the left iliac region, between the bladder and iliac vessels

При проведении магнитно-резонансной томографии данная киста не определялась (рис. 2).

Рис. 2. Магнитно-резонансная томограмма пациента Г. В левой подвздошной области дополнительные образования не определяются

Fig. 2. Magnetic resonance imaging of patient G. No additional formations are detected in the left iliac region

В данном случае у пациента выявлена бессимптомная мезентериальная киста, рекомендовано дальнейшее динамическое наблюдение.

Клинический случай 2

Пациентка Б., 51 года, поступила в НМИЦ онкологии им. Н. Н. Блохина с диагнозом «рак левой молочной железы», состояние после радикальной резекции левой молочной железы и курса адъювантной лучевой терапии.

При УЗИ органов брюшной полости на уровне L3–L4 позвонков выявлено жидкостное гладкостенное образование размером 4,9 × 5,2 × 8,2 см с четкими ровными контурами, однородным содержимым, без сосудистых сигналов при цветовом допплеровском картировании (рис. 3).

Рис. 3. Ультразвуковая томограмма пациентки Б. Мезентериальная киста на уровне L3–L4 позвонков

Fig. 3. Ultrasound tomogram of patient B. Mesenteric cyst at the L3–L4 level

Рекомендован динамический контроль бессимптомной мезентериальной кисты. При последующих контрольных УЗИ данные о ее росте, признаках малигнизации и нагноения не получены.

Обсуждение

Брыжейка представляет собой удвоенный листок брюшины, в котором заключены кровеносные сосуды кишечника, лимфатические узлы и нервные сплетения [5]. На протяжении сотен лет изучение анатомии органов брюшной полости строилось на догме, что брыжейка представляет собой фрагментированную и вспомогательную структуру, состоящую из нескольких разрозненных «брыжеек». Считалось, что отдельные брыжейки имеются у тонкой и у некоторых частей толстой кишки – поперечной ободочной и сигмовидной, а у остальных отделов кишечника брыжейка отсутствует.

Как новый орган брыжейка открыта в 2016 г. Ирландские ученые доказали, что она представляет собой единый и неделимый орган со свойственными ему физиологическими функциями и спектром патологических процессов [6].

Обновленные знания о структуре мезентерия играют ключевую роль в прогрессировании хирургических методов лечения органов пищеварительной системы, включая онкологические операции. Представление о брыжейке как едином органе способствует унификации хирургических вмешательств и снижению травматизации тканей.

Брыжейка выполняет множество функций. Она объединяет все петли кишечника и обеспечивает их прикрепление к задней стенке брюшной полости, предотвращая их перекручивание между собой. Ученые предполагают, что появление брыжейки у человека было одним из приспособлений к прямохождению – брыжейка поддерживает петли тонкой и толстой кишки в нужном положении и не допускает их свисание в полость малого таза [7]. Брыжеечные сосуды (артерии, вены, аркады и ответвления) снабжают органы пищеварения кровью и отводят ее от них [8]. Важна роль брыжейки в развитии иммунного ответа – в ней находится множество лимфатических узлов, внутри которых иммунная система запускает механизмы защиты от бактерий, попадающих в организм через просвет тонкой кишки [9]. А брыжеечный жир имеет большое значение для поддержания энергетического гомеостаза и физиологической экологии кишечника путем накопления и высвобождения липидов [10].

Кисты брыжейки представляют собой редкое патологическое образование. Первый случай описан в 1507 г. основателем патологической анатомии Антонио Беневьени [2, 11, 12]. В 1842 г. Карл Рокитанский впервые сообщил о хилезных кистах, редком варианте мезентериальных кист [13].

Существует несколько классификаций кистозных образований брыжейки, среди которых наибольшее распространение получила основанная на гистопатологических признаках и включающая следующие 5 групп.

Кисты лимфатического происхождения – лимфатические (прикорневые) кисты и лимфангиомы.
Кисты мезотелиального происхождения – доброкачественные или злокачественные мезотелиальные кисты.
Кисты урогенитального происхождения.
Дермоидные кисты.
Псевдокисты инфекционной или травматической этиологии [14].

В брыжейке тонкой кишки возникает 60 % мезентериальных кист, в брыжейке толстой кишки – 24 %, в забрюшинном пространстве – 14,5 % [15].

Мезентериальные кисты чаще всего тонкостенные, могут быть единичными и множественными, однокамерными и многокамерными, различными по размеру (от 1 до 30 см) [6]. Кистозные стенки выстланы кубическим или столбчатым эпителием, в них встречаются гладкомышечные волокна, кровеносные и лимфатические сосуды. Как правило, кисты брыжейки толстой кишки заполнены серозным экссудатом, а тонкой – хилезным содержимым. Осложненные кисты могут иметь геморрагическое или инфицированное содержимое [16].

Диагностика и лечение мезентериальных кист затруднены из-за редкой встречаемости, отсутствия специфических симптомов и вариабельности локализации и размера. Кисты могут проявляться как неспецифическое заболевание брюшной полости, быть случайной находкой, вызывать острую боль в животе [12]. Они часто бессимптомны и обнаруживаются случайно, когда пациенты проходят обследование или лечение других заболеваний, таких как аппендицит, непроходимость тонкой кишки или дивертикулит, хотя пациенты могут жаловаться на боль в нижней части живота и симптомы, которые часто связаны с другими заболеваниями брюшной полости [17].

Симптомы кисты брыжейки разнообразны и неспецифичны: боль (82 %), тошнота и рвота (45 %), запор (27 %), диарея (6 %). У 61 % пациентов можно прощупать уплотнение в брюшной полости. Клиника «острого живота» при кистах обычно возникает, когда развиваются осложнения, которые включают инфекцию, кишечную непроходимость, заворот, перекрут, разрыв, кровотечение и геморрагический шок [16, 18].

Для диагностики мезентериальных кист используют инструментальные методы.

Ультразвуковое исследование брюшной полости выявляет образование с четкими ровными контурами, прилежащее к брыжейке или другим органам, с наличием внутри тонкостенных перегородок и однородного жидкостного содержимого. При наличии в полости хилезной, геморрагической или гнойной жидкости определяют эхогенные включения.

Обзорные рентгенограммы брюшной полости обычно не дают сведений о характере образования. Чаще на них обнаруживают умеренный пневматоз кишечника, опухолевидную массу, смещающую кишечные петли. Иногда в стенке кисты визуализируются отложения кальция.

Компьютерная и магнитно-резонансная томография брюшной полости являются наиболее предпочтительными методами диагностики мезентериальных кист. Они дают представление о структуре кисты, ее содержимом, анатомических взаимоотношениях с соседними органами.

В сомнительных случаях при признаках «острого живота» видеолапароскопия помогает провести дифференциальную диагностику и определить истинную причину абдоминального синдрома [4, 19, 20].

Ниже описаны дифференциальные признаки, по которым можно отличить другие патологические состояния от мезентериальной кисты при проведении УЗИ.

Осумкованный асцит – образование с утолщенной капсулой, неоднородным содержимым, наличием гипо- или гиперэхогенных включений. В онкологической практике после лимфодиссекций в раннем послеоперационном периоде возникают нарушения лимфооттока с формированием лимфатических кист. Они самопроизвольно рассасываются, но в редких случаях при большом объеме требуют дренирования под ультразвуковой навигацией. При любом ведении больного (консервативном или интервенционном) проводится динамическое ультразвуковое наблюдение (рис. 4).

Рис. 4. Ультразвуковая томограмма лимфатической кисты у пациентки после проведенной экстирпации матки с придатками и тазовой лимфаденэктомии

Fig. 4. Ultrasound tomogram of a lymphatic malformation in the patient after extirpation of the uterus with appendages and pelvic lymph node dissection

После расширенной гистерэктомии по поводу рака тела и шейки матки забрюшинные лимфатические кисты возникают в 11,5 % случаев, а после радикальной простатэктомии – у 27 % оперированных больных. Согласно другим данным, лимфатические кисты образуются у 33,3 % пациенток, у которых оперативное вмешательство включало тазовую или тазовую и парааортальную лимфаденэктомию. Согласно данным H. J. Lee и C. J. Kane, говорить о реальном количестве случаев лимфатических кист затруднительно, так как большинство из них бессимптомны и не требуют никакого специфического лечения [21]. По данным исследования, проведенного в МНИОИ им. П. А. Герцена, при послеоперационной ультразвуковой диагностике брюшной полости, забрюшинного пространства, малого таза пациенток (n = 171) частота обнаружения лимфатических кист составила 83 %, но лечение потребовалось только в 23 % случаев [22].

Ультразвуковое исследование – наиболее простой и доступный способ своевременного выявления послеоперационных изменений, в том числе лимфатических кист, и оценки динамики их роста. Точность метода достигает 96,4 %. Следует проводить диагностику кист, начиная с 6–7-х суток после операции. При выявлении кисты малого объема требуется повторный осмотр через 3–5 дней. Если киста достигает объема более 100 мл, рекомендуется ее дренирование [23, 24].

При наличии эхинококковой кисты серологический тест на эхинококк при эозинофилии положительный.

У опухолей брыжейки (десмоид, шваннома, лимфангиосаркома, кистозная мезотелиома и др.) неоднородная структура, папиллярные разрастания, усиленная васкуляризация.

Признаки острого аппендицита – утолщение стенки червеобразного отростка, эхогенная жировая клетчатка, усиление васкуляризации.

При кистах яичника наблюдается утолщение его стенок, образование располагается рядом с маткой.

Утолщение стенки кишки, прослойка гипоэхогенной жидкости между ее сдавленными сегментами – ультразвуковые признаки инвагинации кишечника.

Дивертикул Меккеля – гипоэхогенное образование с утолщением стенок подвздошной кишки. Изменения не затрагивают слепую кишку.

Пациентам с бессимптомными, случайно выявленными мезентериальными кистами показано наблюдение врача-хирурга с динамическим проведением УЗИ и томографического исследования. Такой подход выбран в представленных клинических случаях, так как размеры кист в максимальном измерении составляли 8,2 см, кисты представляли собой однокамерные структуры с однородным содержимым без папиллярных разрастаний, а клиническое проявление кист характеризовалось отсутствием симптомов при динамическом наблюдении. При наличии гигантской мезентериальной кисты (размером ≥ 15 см) даже при бессимптомном течении проводится ее хирургическое удаление. Резекция кисты брыжейки является методом выбора у пациентов с клиническими симптомами в виде увеличения объема живота, болевых ощущений [19, 20].

В зависимости от размеров и анатомического расположения кист возможны следующие варианты тактики.

Аспирация и склерозирование кисты. Пункционная аспирация содержимого с введением в полость кисты склерозирующих препаратов обладает ограниченной эффективностью и не всегда приводит к желаемому результату. Сопряжена с высоким риском повреждения петель кишечника и брыжеечных сосудов.
Иссечение кисты. При отсутствии признаков прорастания в окружающие ткани объем операции может быть ограничен только удалением кистозного образования без резекции соседних органов. Выбор доступа (лапароскопия или лапаротомия) зависит от локализации образования.
Удаление кисты с резекцией кишечника. В случае осложненного течения или сложной локализации проводят лапаротомию, ревизию органов брюшной полости, удаление кисты, резекцию кишки. Операцию завершают наложением анастомоза или выведением кишечной стомы, дренированием брюшной полости.

Частота рецидивов мезентериальных кист составляет 6–12 % при радикальном хирургическом удалении и до 25–50 % при неполном или малоинвазивном удалении. При своевременном хирургическом лечении прогноз удовлетворительный [25]. В связи с неясными механизмами и причинами развития лимфатической аномалии брыжейки профилактические мероприятия не разработаны. Обсуждается наблюдение в сроки от 3 до 48 мес после операции, хотя есть мнение, согласно которому рецидивы возникают чаще всего в первые 6–12 мес.

Заключение

Несмотря на редкость, диагноз брыжеечной кисты следует рассматривать всякий раз, когда выявляется кистозное образование в проекции брыжейки, независимо от возраста или пола пациента.

Хирургическое лечение брыжеечных кист показано пациентам с наличием симптомов, а полное иссечение считается «золотым стандартом» предотвращения рецидива или злокачественной трансформации.

После удаления кисты пациентам рекомендуют регулярное обследование с учетом риска рецидива.

About the authors

T. Y. Danzanova

N.N. Blokhin National Medical Research Center of Oncology, Ministry of Health of Russia; N.I. Pirogov Russian National Research Medical University, Ministry of Health of Russia

Author for correspondence.
Email: danzanova@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-6171-6796
Russian Federation, 24 Kashirskoe Shosse, Moscow, 115522; 1 Ostrovityanova St., Moscow, 117513